Что нужнее ребенку — иерархия или равноправие в семье

Психолог Марина Озерова о равенстве в семейных отношениях

В семье иерархия необходима, как в любом другом микросоциуме. Никакие социальные группы на самом деле не могут быть анархичны, даже если очень к этому стремятся. В семье могут быть дружеские и демократичные отношения, но при этом родители не могут быть «друзьями» ребенка, равноправие невозможно в принципе. Если родители и дети равны в своих правах — они должны быть равны в обязанностях. Если родители и дети равны — то родители не нужны в принципе, сам институт семьи не нужен. В семье есть старшие — родители, они ответственны за воспитание ребенка, за его поведение, за его будущую жизнь.

Любые псевдогуманистические теории в духе «нужно ребенку предоставить полную свободу, дети от природы могут поступать интуитивно, ребенок сам знает, как нужно поступать… » — всего лишь бегство от собственной ответственности.

Откуда ребенок может знать, как поступать, если у него нулевой социальный опыт и нет никаких представлений о нормах поведения? Родители передают ему свой опыт, направляют его, ставят ему границы и следят за их выполнением. Самоконтроль не дается человеку от природы — он развивается. И развивается он на основе внешнего контроля — сначала родители контролируют ребенка, потом у него постепенно формируется самоконтроль. Если говорить о равных позициях детей и родителей, тогда ясно следует, что дети не должны слушаться родителей и выполнять их требования, а все должны приходить к «консенсусу» путем демократических переговоров. Но в семье это невозможно в силу, опять-таки, отсутствия опыта у ребенка и опытности родителей.

У детей нет представлений о последствиях поступка, причинно-следственные связи развиваются тоже постепенно. Если допустить, что родители дают ребенку равноправие и ориентируются на его «интуитивное поведение», тогда нужно оставить новорожденного ребенка отдельно от родителей и дать ему «свободно развиваться». Понятное дело, что ребенок просто погибнет таким образом. Значит, его свобода тоже растет постепенно, она зависит от его усвоения некоторых навыков и норм поведения. Если мама не кормит ребенка — он умрет с голоду, т.к. в трехдневном возрасте он не может себе добыть еду самостоятельно. Но уже в трехлетнем он может взять пищу со стола и поесть сам, если голоден. Так же постепенно развивается и духовная сфера, и социальная, и степень свободы и ответственности ребенка тоже складывается потихоньку, а степень родительского контроля уменьшается по мере взросления и передачи ответственности самому ребенку.

Конечно, вопрос о правильной иерархии в семье подразумевает здоровые отношения внутри ее, а не представляет родительский контроль и послушание ребенка как бессловесного предмета, которым манипулируют. Просто родители дают ребенку свободу лишь там, где, по их мнению, он уже дорос ее получить. Он свободно двигается внутри тех границ, которые ему ставят. Границы же ставят родители, они следят за их выполнением и изменяют их соответственно возрасту и возможностям ребенка. Маленькие дети еще не могут нести ответственности за свой выбор, только там, где его предлагают родители, и где они допускают, что этот выбор возможен. Родители заботятся о ребенке, стараясь максимально использовать все, что дано ему от природы, учитывают его потребности, но при этом ориентируются на собственный разум и свои представления — ребенок может выражать неадекватные ситуации потребности, и это не значит, что родители должны бросаться их выполнять. Позволить ребенку объесться сладостями, потому что он «так хочет», чтобы потом его вырвало несколько раз за ночь — очень жестокий эксперимент над его организмом, и полная безответственность его родителей (я рассказываю реальный случай — позиция родителей была «он должен был сделать свой выбор»).

Родители — старшие по положению, у них есть власть (но не самодурство!), на них полная ответственность за ребенка, они управляют его жизнью до тех пор, пока он не вырастет до такой степени, что берет эту ответственность на себя. В разных сферах эта ответственность выражается по-разному, и наступает в разное время. Так или иначе, мы все равно задаем ту нишу, в которой будет развиваться ребенок: социальное положение, национальность, религиозная принадлежность, тип отношений в семье, и т.п. Здесь просто невозможно, даже теоретически, предложить ребенку выбор. Следовательно, так или иначе, родители что-то решают за ребенка, и приводят его в мир уже с определенными условиями. Значит, пытаться придумать некую «полную свободу выбора» — идея утопическая.

Тезис о том, что ребенок с самого момента зачатия отдельная личность и ее нужно уважать, сам по себе правилен, только иногда случается «хотели как лучше, получилось как всегда» — сторонники «уважения личности» и «защиты прав ребенка» считают, что ради прав ребенка нужно попрать права семьи и отвергать личности родителей. Но при правильной системе отношений и в условиях иерархии взаимоуважение не только возможно, а обязательно: родители пользуются уважением как авторитетные и опытные старшие наставники, дети пользуются уважением как развивающиеся новые личности. Нет никаких проблем проявлять уважение друг ко другу в условиях разных положений, иерархичного устройства семьи. «Права детей» — это сфера родительской ответственности, а не детской. Главное, для чего ребенок принимает более высокое иерархичное положение своих родителей — собственная уверенность, ощущение защищенности, ощущение надежности этого мира.

Если родители «равноправны», по положению равны детям — это дает детям подсознательный страх отсутствия всякой защиты в этом мире.

Ребенок приходит совершенно беспомощным созданием, рассчитанным на полную зависимость от своих родителей. И нагружать его ответственностью там, где он даже не может ее представить, просто жестоко. Дети должны получать чувство гармоничности и надежности мира, где они находятся под защитой своих родителей. Если же родители уравнивают себя в положении с детьми, они лишают ребенка этой подсознательной уверенности. Кроме распада института семьи, это приводит к поиску других ощущений — дети, которые росли без границ (обратная форма — излишний деспотизм), обычно ищут этих границ извне, и становятся легкой добычей разных асоциальных группировок.

Человек так устроен, что он не может развиваться без границ, значит, если ребенку их не дают родители, он ищет их в других источниках, потому что ребенку границы дают, прежде всего, знание о мире, где все предсказуемо и надежно, где есть четкое разделение на области допустимого и недопустимого, в этом мире ясно и просто жить. Если же границ нет, социальные роли в семье сняты, мир становится полностью непредсказуемым и враждебным. Впрочем, достаточно посмотреть, как развивалось европейское образование на предыдущие сто лет — как старательно разрушали патриархальный быт семей, отвергали роли родителей и «боролись за права детей». В итоге большинство детей — «понаехавшие» эмигранты, а собственно институт семьи уже совсем спасать нужно, как и демографическое положение коренного населения Европы. Дети не могут жить без защиты — не только физической, но и моральной, не только осознаваемой, но и подсознательной. Поэтому снимать с себя ответственность за ребенка и перекладывать ее на детские плечи в высшей степени недостойное поведение взрослых, приведших своего ребенка в этот мир, и отказавшихся быть для него надежными проводниками, предоставляя ему мнимую «свободу» и непонятное «равноправие».

Автор: Марина Озерова

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.